Dance, dance, dance…

Бизнес-идея: Dance, dance, dance…

Восьмидесятые — время джейнфондовской аэробики. Помните? Девушки, машущие ногами в гетрах и модных трико, на голове — яркие повязки… Девяностые — повальное увлечение фитнесом во всех его проявлениях: от пилатеса до фитбола. Cегодня, на заре нового тысячелетия, в моде — танцы. Латино, беллиданс, R’n’B, Street, стрип — сотни стилей и направлений.

Что скрывать, танцплощадки были и прежде. И бегали на каблучках туда наши бабушки и мамы. Потом были дискотеки, на которые мчались мы. А нынче — клубы. В какой-то момент танец вышел за пределы специальных помещений, стал повсеместным и массовым подспорьем оставаться в форме, интересным видом досуга, классным отдыхом после работы, да и просто наслаждением. Грех не воспользоваться такой возможностью и не построить на этом тренде новый бизнес.

Танцевальная школа Svetix родилась исключительно благодаря инициативной молодой хозяйке этого бизнеса Светлане Косолаповой: «Я сама преподавала уже около 10 лет, вела определенное количество групп и в какой-то момент физически перестала справляться — желающих оказалось много. Вот и решила: почему бы не открыть свою школу!» Никакого инвестора, только личные сбережения (на аренду помещений, рекламу для запуска). Светлана нашла девушку-педагога и зарегистрировала Svetix.

Похожим, стихийным образом возникла и Студия Восточного Танца JazSmin. «Я танцевала в клубе, и ко мне подошли две девушки, которые попросили научить их», — рассказывает знаменитая танцовщица Мохсира, художественный руководитель одноименного театра и студии танца JazSmin. Так возникла мини-группа, но на каждом занятии прибавлялось по одному человеку. Сегодня у Мохсиры уже 11 групп — 500 человек постигают азы беллиданса, изучают африканскую пластику, разучивают этнические «номера».

В Москве танцевальных школ более сотни, довольно серьезно это движение развивается в Санкт-Петербурге, на Урале и в Сибири, практически в каждом крупном городе существует хотя бы одна школа «танца живота». Постепенно осваивается и направление современных танцев. Например, Maxidance — новосибирская студия клубных танцев, где одновременно готовят ди-джеев и ви-джеев, — вовсю открывает свои филиалы в Екатеринбурге, Омске и других российских городах. Но главное, на отсутствие спроса ни «Стремление», ни Svetix, ни почти сотня других столичных школ не жалуются. Чтобы понять, как стремительно растет рынок, достаточно открыть любой досуговый журнал и оценить активность в разделе, посвященном танцам.

Бум на «танец живота» плавно захватил сначала Москву, а затем двинулся в регионы. Кстати, в ажиотажном спросе корреспондентам «Бизнес-журнала» удалось убедиться воочию во время недавней командировки в Ковров, что во Владимирской области. Здесь «беллиданс» — хит сезона. Клубные танцы (hip-hop, locking, uprocking, freestyle, house, funk, r&b) — все то, что может пригодиться на танцполе современному человеку, — также переживают подъем. Для многих посетителей танцшкол стремление выучить движения для клубного дансинга — вовсе не самоцель. Возможно, они никогда даже не пойдут в клуб. Но двигаться красиво и владеть своим телом им нравится. Эротические танцы (стрип-пластика) — сочетание классической, джазовой, современной хореографии, стретчинга (растяжки) и пластики — ясное дело, тоже нужны посетительницам вовсе не для того, чтобы подрабатывать у шеста.

Даром преподаватели?!

В отличие от фитнеса как оздоровительной методики, где инструктор не имеет права тренировать своих клиентов без соответствующей подготовки и подтверждающих ее сертификатов, в танцах требования не так строги.

— Клубные танцы — это специфическое направление. Например, я не знаю ни одного Института культуры или училища, где готовили бы педагогов для R’n’B или Street Dance… Изначально большинство учителей — самоучки, — объясняет Светлана Косолапова, экономист по образованию и прирожденная танцовщица, преподаватель. — Главное, что мы можем научить людей танцевать.

Талант Светланы чувствуешь в ходе занятия. Несмотря на молодость, она умело обращается с группой. Знает всех по именам, исправляет индивидуальные огрехи в процессе: «Верещагина, почему на зачете не были? Ходите, как душе угодно, безобразие! Оксана, хвост вверх, иначе спина страдает!!! А почему это у нас нога висит так безжизненно?»

Да, непроста наука обучения танцу. Ведь нужно и руководить процессом, и следить за всеми инновациями в мировой танцевальной практике, а для этого необходимы лучшие специалисты — профессиональные хореографы и практикующие танцоры. По мнению Светланы, инструктора по аэробике очень трудно научить танцевать. Танцор гораздо проще осваивает структуру занятия, спортивный же тренер может не затанцевать никогда.… Ему надо пересматривать всю жизненную философию, чтобы стать танцором, потому что в рамках занятия есть определенный набор движений (так называемый танцевальный блок), который обязателен. А в остальном ход урока — импровизация педагога.

Отбор «профи» — дело серьезное и ответственное. «Я очень тщательно подхожу к выбору преподавателей, обязательно ставлю на урок и смотрю, как они его проводят. После урока еще один тест — импровизация. Может случиться, что на уроке человек объясняет движения толково, но если он не умеет сам танцевать и импровизировать, в команду его не беру», — говорит Светлана.

К чему такая дотошность? К тому, что педагог — царь и бог в танцевальной школе. «Именно преподаватели «создают» атмосферу в зале. От того насколько они профессиональны и квалифицированны, энергичны и зажигательны, умеют держать внимание учеников, грамотно показать танцевальную связку, зависит лояльность посетителей, постоянство клиентской базы». Поэтому на зарплатах «звезд» экономить нельзя. «Зарплатный фонд — львиная доля трат нашей компании», — уверяет Светлана Косолапова. Следом идут расходы на рекламу и аренду залов. Но обо всем по порядку.

Стоимость проекта оценивается в 15 тысяч долларов, это минимальная сумма вложений на аренду и рекламу, срок окупаемости — примерно два-три года. Лучшее время для старта — осень, ведь открытие своей школы летом может оказаться невыгодным из-за сезонности. Поэтому однозначно — «осенняя пора». Как сказал бы Сергей Михалков, «дело будет вечером, делать будет нечего…»

Средние расценки в столице на посещение стандартной группы (от 15 до 25 участников) в течение месяца составляют от 1 300 до 2 300 рублей с человека.

— Мы сами танцуем, любим танцевать и хотим, чтобы больше людей приобщилось к этому движению. Поэтому устанавливаем достаточно демократичные цены, берем за занятие 350 рублей, — говорит Светлана Косолапова. В регионах, как ни странно, цены различаются не на порядок, здесь берут не массовостью, а эксклюзивностью услуги. Хотя вариантов ценового позиционирования может быть масса. Индивидуальные занятия — своего рода премиум-услуга в танцевальных школах. Стоит каждый час такого «эксклюзива» — от 20 до 50 долларов, иногда сумма доходит до 100. Основная клиентура — люди занятые, с высокими доходами, а также те, кто стесняется заниматься в группах. Из них часть «адаптируется», освоив базовые навыки, они чувствуют себя более уверенно, идут в общую группу. Но чаще выбравшие «индивидуальный» путь остаются ему верны. «Один на один с педагогом — априори лучше», — убеждена Светлана Косолапова. И для ученика, и для бюджета школы.

Зарабатывают школы восточного танца еще и на костюмах. Некоторые привозят понравившиеся модели из-за рубежа (из Египта, Туниса, Сирии), остальные — отшивают «на месте». В питерской Студии Современного Танца «Союзспорттеатр» шьют как простые костюмы (полупрозрачные брюки с разрезами) стоимостью от 1 500 рублей — за одну неделю, так и дорогие эксклюзивные модели (пояс, лиф, шаровары/юбка), густо расшитые камнями, монетами и бисером с авторским орнаментом, стоимостью около 1 500 долларов, срок изготовления — до полутора месяцев

От танцпола до танцпотолка

Что касается развития танцевального бизнеса, то здесь возможны два варианта: базовый и филиальный. Примером роста по первому типу являет студия восточного танца «Жасмин», основное место дислокации — ДК «Кросна» на «Белорусской». Это удобно для руководителя, хотя и существует риск оказаться зависимым от единственного арендодателя.

Создатели школы Svetix c самого начала выбрали второй, филиальный путь. «Помните фильм «Москва слезам не верит»? Если научишься управлять тремя, дальнейшее количество не имеет значения!» Со своим экономическим бэкграундом Светлана Косолапова не видит поводов для беспокойства, связанного с развитием «вширь». Надо просто найти правильных партнеров (педагогов, хороших администраторов) — вот и весь секрет успеха. «Мы не гонимся за ростом филиалов, для нас этот бизнес — не только способ заработать». Охота за оборотом может сказаться на качестве занятий. Нагрузки, возложенной на преподавателей школы сегодня, по мнению хозяйки Svetix, достаточно (шесть филиалов в столице, на каждого педагога приходится по три-пять групп, всего «учителей танцев» тоже около шести). Сама Светлана активно работает (5 групп в неделю), совмещая управление, преподавание и танец: «Я танцую, умею это делать, мне это нравится».

Аренда помещений — вынужденный шаг для большинства студий и школ. «Сегодня ты здесь, а завтра директор поменяется, и … до свидания. А что делать с клиентами, которые привыкли посещать именно этот филиал? Наша мечта — приобрести собственное здание, — делится Светлана Косолапова. — Но это так трудно финансово и с правовой точки зрения, и пока мы не готовы». Таинственная танцовщица Мохсира рассказывает, что на заре существования студии казалось неважным, как выглядит зал, главное — чтоб были площадка и свет: «Я сама ездила за зеркалами, делала выдвижные «на колесиках», а когда нас «попросили», — пришлось всё это оставить».

Можно обратиться и в спортивные клубы, но, по свидетельству опытных предпринимателей, делать это не стоит. «У нас был опыт работы с малоизвестным спортивным клубом, но мы прекратили сотрудничество с ними из-за того, что у них оказались свои приоритеты». Поэтому и остаются на долю танцшкол реконструированные детские сады, универсальные офисные центры с залами для спорта и уцелевшие Дворцы культуры. «В идеале — это хорошо проветриваемые, освещаемые залы, качественное покрытие пола, удобные раздевалки», — перечисляет Мохсира стандартные требования к площадке «под школу». Помещения — все разные по качеству, удобству расположения, соответственно и по арендной плате, поэтому чаще всего стоимость обучения в группе имеет смысл делать различной».

Я танцевать хочу!

Танцы — хорошая, правильная нагрузка на сердце. Отличная альтернатива (или, чтоб не быть категоричным, — дополнение) тренажерным залам и фитнес-центрам. Наконец, танец — это досуг и тусовка. «У нас только один посыл — приходите учиться танцевать! Других целей мы перед собой не ставим», — уверяет Светлана Косолапова. И люди приходят — взрослые и юные, чтобы научиться танцевать, владеть своим телом. Одна из сложностей для каждого профессионального преподавателя — это разный уровень подготовки участников группы. Большинство «танцоров» последний раз занимались танцами еще в школе.

Средний возраст поклонниц арабских танцев — 35 лет, профессиональный состав довольно разношерстный — в школах и студиях можно увидеть преподавательниц институтов, инженеров, менеджеров, косметологов. Некоторые так увлекаются, что на определенном этапе резко меняют свою судьбу и «обращаются» в танцовщиц. Например, одна из инструкторов театра танцев Mohsira в свое время закончила факультет лингвистики Московского педагогического университета имени Крупской, другая — юридический факультет Международного института экономики и права, две получили высшее экономическое образование, одна — техническое, а еще одна преподавательница отработала пять лет юристом.

Средний возраст посетителей Svetix — 15–25 лет, тридцатилетние и старше — тоже приходят. «Ориентируемся мы, прежде всего, на работающих и учащихся. В выходные работаем с 12.30 до 22.00, в будни с 19.00, — Светлана Косолапова говорит о типичном графике танцевальной школы. — Другое дело — индивидуальные занятия».

— Люди приходят с разными целями, — объясняет глава Svetix. — Кто-то вместо фитнеса, кто-то — похудеть, кто-то просто приятно провести время.

При этом немногие ставят целью работать на сцене, танцевать в клубах профессионально. За три года существования Svetix у школы сложился костяк желающих приобщиться к танцу и научиться, наконец, двигаться. К этой «старой гвардии» и подтягиваются новички.

— Обычно это получается так, — раскрывает свою технологию формирования группы танцовщица Мохсира. — К нам приходят новички (однажды их набралось 60 человек), половина потом исчезает, половина — остается. Люди начинают узнавать друг друга и тусоваться. Вообще, тусовку и общение — очень важно культивировать, ведь это, наряду со звездой-преподавателем, привлекает посетителей в ваш клуб.

Чтобы заинтересовать аудиторию и, главное, сделать ее постоянной, требуется задействовать массу каналов продвижения — от буклетов до самопрезентации. Реклама в досуговых гидах столицы, которой в момент запуска пользовалась школа танцев Svetix, стоит слишком дорого. По признанию Светланы Косолаповой, «рекламный бюджет с ростом компании и увеличением филиалов также растет. Отдача от «гидовой» рекламы крайне мала. К счастью, после какого-то момента включается механизм «сарафанного радио». Сегодня мы возлагаем большие надежды на Интернет, стараемся поддерживать свой сайт, обновленная версия которого запущена в январе этого года».

Пробные занятия имеет смысл делать бесплатно. Известно, что «глаза боятся, а руки делают», с хорошего урока вряд ли сбегут. Концертная деятельность — один из типичных способов продвижения среди студий восточного танца. По словам Мохсиры, едва ли не каждая школа норовит устроить представление: «Само слово «концерт» в рамках нашей деятельности мне не нравится, я предпочитаю «спектакли». При достойной подготовке о вас узнают многие. Так или иначе, танцевальной школе не стоит отказывать себе в удовольствии принимать участие в любых мероприятиях, где можно показать мастерство преподавателей, распространить буклеты или листовки».

Что же касается клубных танцев, то здесь главный рецепт — интерактивность и яркость, масса «завлекаловок». Проще говоря, условия проведения занятий должны быть «захватывающими», «преподы» — активным и харизматичным «молодняком», а музыка — только модной. На шее руководительницы Svetix я заметила украшение — из тонких кубиков на цепочке складывался брэнднейм, та же надпись красовалась на форме. Ваших танцоров и учеников должны узнавать, тем более что стоит такая «сувенирка» совсем немного…

Каждый уважающий себя фитнес-клуб заинтересован в открытии танцевального направления. Поэтому, помимо конкурентов прямых, у вас непременно появятся более сильные косвенные — фитнес-соперники. От них надо отстраиваться. Единственный рецепт, который предлагают наши эксперты, — это специализация и особое отношение к клиенту, в некотором роде фанатизм. Не случайно, у руля школ восточного танца стоят женщины азиатские или с восточной кровью, студией современных танцев руководит активно танцующая молодежь. Однако этот «огонь» никак не отменяет административной работы, которой компании-новичку предстоит немало.